качай извилины здесь!

автор:

Книга «Бесконечность»

Приложение № 6

Из интервью Пласковицкого А.Л.
от 17 мая 2008 г. Интернет изданию «Белорусский партизан»

Бывший начальник главного государственно-правового управления Администрации Президента Республики Беларусь Александр Пласковицкий написал «Панегирик Александру Великому» под названием «Бесконечность». Над книгой бывший президентский юрист работал несколько лет. Посвящена она отнюдь не скандально известному белорусскому политику, как могли подумать некоторые. Главный герой «Бесконечности» ‑ Александр Филиппович Аргеад (больше известный как Александр Македонский).

«Я на самом деле считаю Александра Македонского лучшим из Богов и из героев, созданных человечеством, ‑ рассказал Александр Пласковицкий «Белорусскому партизану». ‑ И я с раннего детства мечтал о нем написать. Однако, если б не фильм Оливера Стоуна «Александр» с Колином Фарреллом в главной роли, откладывал бы свою мечту еще очень долго. Но когда Александра Великого показали таким – я не смог сдержаться.  Впрочем, срамной фильм лишь повод – важнее другое: на мой взгляд, сегодня мир снова стоит перед теми же вопросами глобализации, что и в IV веке до н.э.

Я, конечно же, не считаю все поступки Александра Македонского идеально правильными. Но в его поведении было истинное величие ‑ он во всем пытался превзойти пределы человеческих возможностей. Пока есть такие герои – у всех нас есть надежда выжить под давлением обстоятельств, превышающих естественные способности человеческого духа и тела, есть надежда у всего рода «homo sapiens» стать сильнее и умнее в будущем. А как только все как один о чем-нибудь скажут: «Это невозможно!» - пора готовиться к Апокалипсису…»

 

Несмотря на то, что в конце текста стоит дата «24 декабря 2004 - 19 августа 2005 года», на книгу Александр Пласковицкий потратил более трех с половиной лет.

«Месяцев девять писал, потом еще два с половиной года редактировал, шлифовал, чтобы было не стыдно людям показать, ‑ говорит Александр Леонидович. ‑ Получилось то, что получилось…»

 

Можно сказать, что это первый глобальный литературный опыт Пласковицкого.

«Раньше я еще стихи писал, «научные труды всякие» - объемные, статьи в СМИ - полухудожественные, ‑ шутит он. ‑ А это… Я не могу сказать, что получилось сугубо документальное произведение, поскольку некоторые документы я существенно переосмыслил. Но все-таки был нацелен на документальную реконструкцию подлинной истории, а  не сочинял исторический роман».

 

По словам Пласковицкого, его книга рассчитана та тех, кто хоть немного задумывается о будущем человечества в целом, ну и немножко на тех, кого волнует личность Александра Великого.

С книгой Пласковицкого можно ознакомиться пока только в Интернете.

 

«Я попытаюсь такой «пилотной версией» проверить, а нужна ли вообще бумажная публикация? – говорит бывший чиновник. – Первые варианты «Бесконечности» я показал своим родственникам, друзьям и хорошим знакомым еще до того, как с помощью сына поместил ее в интернете. И понял, что сильно завышал потенциальный читательский интерес – прочитавших книгу полностью оказалось намного меньше, чем я изначально предполагал. Не прочли даже некоторые из тех, на кого я твердо рассчитывал. Не думаю, что причина - только в качестве книги. Конечно, нельзя быть критичным на все 100 процентов по отношению к самому себе, но мне кажется, получилось неплохо. Просто сейчас вообще мало читают и слишком быстро думают. Трудно в наше время серьезные толстые книги осваивать. Хоть я изо всех сил старался писать максимально просто.

Есть предложения издать написанное. Но я думаю: «А потом?» Самому эти тысячу или две экземпляров куда-то пристраивать? А книги-то сейчас дорогие (тысяч 20-25 по себестоимости). Если тираж раздаривать, то у самого денежек «кот наплакал», а выпрашивать за книги деньги – пока еще стыдно… Поэтому я лучше посмотрю, захочет ли читать мою «Бесконечность» широкая аудитория».

Приложение № 7

Интервью Пласковицкого А.Л.,
радио «Свобода» 23 мая 2008 г.

Белорусско-язычный подлинник

Авторизованный перевод на русский язык

‑ Для каго Вы пісалі сваю кнігу?

Мая кніга “Бясконцасць” для тых, хто кіруецца розумам насамперш, а не жыве, як капрызны блазень.

Калісці Гётэ выказаўся прыкладна так: “Для халопаў не існуе вялікіх людзей!” А Гегель растлумачыў словы паэта: “Не таму што веліч наогул не існуе, а таму што халопы яе не заўважаюць”.

 

Безумоўна, для кагосць зняважлівае халопства – прызванне, але для іншых ‑ яно – толькі часовая недарэчнасць, ці этап сталення, ці хвароба на шляху да сапраўнай, свядомай свабоды. Таму вельмі хочацца, каб і для нас, былых “саўкоў”, як і для большасці цывілізаваных людзей, славуты сын Піліпа зазяў Аляксандрам Вялікім, а не сярмяжна пляміўся нацыянальна-абмежаванай мянушкай “Македонскі”.

 

Дарэчы, ў яго было нармальнае прозвішча - Аргеад, але нават гэта ў Беларусі мала хто ведае. Для большасці маіх землякоў македонскі цар Аляксандр Трэці, хаця і выдатны палкаводзец, але абсалютна чужы – тыповы “імпэрыяліст-захопнік”, які гвалтоўна навязваў свае “эўрапейскія каштоўнасці” тым, каму нейкая там “эллінская цывілізаванасць”, як бісер вядомай жывёліне. І наадварот, хлуслівы труцень і бязродны авантурыст Спітамэн – нават у беларускіх падручніках ухваляецца як змагар за свабоду і нацыянальную незалежнасць народаў Сярэдняй Азіі.

 

 

‑ Што такое Вашая “Бясконцасць”: гэта строга дакументальная кніжка ці, ў пэўным сэнсе, мастацкі твор, дзе правявіўся Ваш аўтарскі вымысел?

Я б адказаў на гэтае пытанне так.

Пачытаем спачатку Платона і Арыстоцеля, альбо Ісакрата з Дэмасфенам. А пасля звернемся да самых старадаўніх з захаваных да нашых дзён гістарычных твораў пра Аляксандра – да кніг Плутарха, Дыядора, Арыяна, Руфа – гэтых чатырох кітоў “Аляксандралогіі”. Парадаксальнае уражанне: быццам плюхаешся з пафасных вышынь вельмі дарослай, складанай і узважанай літэратуры ў разнастайныя бурбалкі папсовых серыялаў, дзе пераблыталіся павярхоўны сінопсіс гісторычных падзей, займальныя дробязі, прыгожыя казкі і ілжывыя плёткі ніжэй пупа.

 

Аднак Аляксандр жыў у першую - сур’езную эпоху, чытаў Платона, а не Лукіяна, слухаў Арыстоцеля, а не Эпіктэта, спрачаўся з Дэмасфенам, а не з Сянекай. Таму недаравальна атаясамліваць “Стваральніка элінізму” з тым няўрымслівым, задзірлівым юнаком, якога малявалі праз трыста-чатырыста гадоў пасля яго смерці на пацеху гультаям, што дамагаліся “хлеба і відовішч”. Таму я вельмі старанна пераасэнсаваў напісанае пра Аляксандра і мэтанакіравана скарэктаваў гістарычныя звесткі ‑ так, как б “Вялікі Бог Элады” быў сапраўным вучнем і суразмоўцам Арыстоцеля, гарманічным і разважлівым эллінам, які добра ведае, што і чаму стварае, а не дзікім і нахабным ваякам, якому пашчасціла захапіць больш за іншых фанабэрыстых разбуральнікаў.

 

 

‑ Раман “Бясконцасць” гэта Вашая першая літэратурная спроба?

Як раман менавіта першая і, хутчэй за ўсё, апошняя, таму што я не ведаю пра каго і пра што яшчэ пісаць другі раман. Больш-менш значныя думкі, якія патрабавалі мастацкага адлюстравання і распаўсюджвання, я выказаў у “Бясконцасці”.

Зразумела, я (юрыст па адукацыі) - ніякі не гісторык, зацікаўленны ў непрадузятым адлюстраванні антычнай мінуўшчыны. Мінулае для мене ‑ толькі скарбніца яскравых прыкладаў вырашэння самай актуальнай праблемы сучаснаці – праблемы стварэння адзінага чалавецтва. На мой погляд, цяпер (пад час глабалізацыі сусвету) аб’яднанне індівідумаў і народаў больш актуальнае - істотна больш, чым двадцаць чатыры стагоддзі таму. Мільёны розных аб’ектыўных фактараў прымушаюць нас (жыхароў планеты Зямля) інтэгравацца ва ўзаемаадказнае, гарманізаванае супольніцтва.

 

 

Але вось пытанне: ці хопіць ў нас моцы і розуму стварыць патрэбнае? Ці не перашкодзіць нам эгаізм ва ўсіх яго праявах (ад асабістага да нацыянальнага)? Ці хопіць у нашых маленькіх душах месца на ўсведамленне агульначалавечага?

А што калі большасці з нас перашкодзіць аб’яднацца нешта прыватнае? А што калі высветліцца дэфіцыт чалавечай свядомасці, сіл і часу для таго, каб асэнсаваць мэтазгоднасць нейкага планетарнага аб’яднання? Хто і як дапаможа тады большасці зрабіць крок да адзінства, а не да чарговай бойкі ўсіх супраць кожнага? Хто напрыканцы татальнага знішчэння ўратуе ад чарговага цемрашальства тых “homo sapiens”, што выжывуць у Апошняй сусветнай?

 

Аляксандр Вялікі - вельмі разумны, казачна магутны і надзвычай энергічны Правадыр, менавіта таму Ён уласным жыццём так бездакорна падцвердзіў тую простую думку, што неабмяжаваны прымус знішчае самых лепшых паплечнікаў і выклікае нават у сяброў-аднадумцаў жаданне пазбавіцца прымушальніка. Але прыклад Аляксандра падцверджвае і іншае: без элементаў прымусу ў гісторыі нічога не атрымліваецца наогул – прынамсі, нічога разумнага.

І я раблю для себе выснову: як наш уласны розум (цар ў галаве) прымушае нас рабіць тое, што трэба, а не тое, што пажадалася, так і лідары найбольш магутных дзяржаў сусвету павінны весці чалавецтва, а не паблажліва чакаць, што ўсе само нейкім чынам упарадкуецца. Зразумела, нешта будзе, але ж ці будзе гэтае “нешта” - “Уладарствам розуму”. Нажаль, зусім не цяжка ператварыць Землю ў планету здзічэлых маўп!

Такое маё меркаванне і ў “Бясконцасці яно выказана цалкам…

 

 

‑ Ці будзеце друкаванны варыянт “Бясконцасці”?

Друкававацца?! А навошта марнаваць чужыя грошы?! Сапраўдных чытачоў - тых, што маюць час і жаданне паглыбіцца ў маю “Бясконцасць” - пакуль што прыкрага мала. Значыцца, у друкаванным выданні ніякая патрэбы не назіраецца. А марыць – марыць нядрэнна…

 

‑ Для кого Вы писали свою книгу?

Моя книга «Бесконечность» для тех, кто руководствуется разумом в первую очередь, а не живет как каприза.

Когда-то Гете высказался примерно так: «Для холопов не существует великих людей». А Гегель растолковал слова поэта: «Не потому что величие не существует вообще, а потому что холопы его не замечают».

Безусловно, для кого-то пренебрежительное холопство призвание, но для остальных – только временное недоразумение, или этап становления, или болезнь на пути к настоящей, сознательной свободе. Потому очень хочется, чтобы и для нас, бывших «совков», как и для большинства цивилизованных людей, прославленный сын Филиппа воссиял АЛЕКСАНДРОМ ВЕЛИКИМ, а не сермяжно пачкался узко-национальной кличкой «Македонский».

Кстати, у него была нормальная фамилия – Аргеад, но даже это в Беларуси мало кто знает. Для большинства моих земляков македонский царь Александр Третий, хоть и выдающийся полководец, но абсолютно чуждый – типичный «ИМПЕРИАЛИСТ-ЗАХВАТЧИК», насильственно навязывавший свои «европейские ценности» тем, кому какая-то там «эллинская цивилизация», как бисер известной скотине. И наоборот, лживый трутень и безродный авантюрист Спитамен – даже в белорусских учебниках восхваляется как борец за свободу и национальную независимость народов Средней Азии

 

‑ Что такое Ваша «Бесконечность»: это строго документальная книга или, в определенном смысле, художественное произведение, где проявился Ваш авторский вымысел?

Я ответил бы на этот вопрос так.

Прочитаем сначала Платона и Аристотеля, или Исократа с Демосфеном. А потом обратимся к самым древним из сохранившихся до наших дней исторических произведений про Александра – к книгам Плутарха, Диодора, Ариана, Руфа – этих четырех китов «Александрологии». Парадоксальное впечатление: словно плюхаешься с пафосных вершин очень взрослой, сложной и взвешенной литературы в мыльные пузыри попсовых сериалов, где перемешаны поверхностный синопсис исторических событий, занимательные пустяки, красивые сказки и лживые сплетни ниже пояса.

Однако Александр жил в первую – серьезную эпоху, читал Платона, а не Лукиана, слушал Аристотеля, а не Эпиктета, спорил с Демосфеном, а не Сенекой. Поэтому непростительно отождествлять «Творца эллинизма» с тем непоседливым, задиристым юнцом, которого живописали через триста-четыреста лет после его смерти на потеху бездельникам, вымогавшим «хлеба и зрелищ». Потому-то я очень старательно переосмыслил написанное про Александра и целенаправленно скорректировал исторические сообщения ‑ так, чтобы «Великий Бог Эллады» был настоящим учеником Аристотеля, гармоничным и рассудительным эллином, прекрасно осведомленным, что и зачем создается, а не диким и нахальным воякой, которому посчастливилось захватить больше других заносчивых разрушителей.

 

‑ Роман «Бесконечность» это Ваша первая литературная проба пера?

Именно как роман – первая и, скорее всего, последняя, так как я не знаю, о ком или о чем еще писать второй роман. Более-менее значительные мысли, требовавшие художественного воплощения и распространения, я высказал в «Бесконечности».

Разумеется, я (юрист по образованию) – никакой не историк, заинтересованный в непредвзятом отражении античной древности. Прошлое для меня ‑ только сокровищница ярких примеров разрешения самой актуальной проблемы современности – проблемы создания единого человечества. На мой взгляд, теперь (в эпоху всемирной глобализации) объединение индивидов и народов актуальней – существенно актуальнее, чем двадцать четыре века назад. Миллионы различных объективных факторов принуждают нас (жителей планеты Земля) интегрироваться во взаимно-ответственное, гармонизированное сообщество.

Но вот вопрос: хватит ли у нас сил и разума создать необходимое? Не помешает ли нам эгоизм во всех его проявлениях (от личного до национального)? Хватит ли в наших маленьких душах места для постижения общечеловеческого?

А что если большей части из нас помешает объединиться нечто сугубо индивидуальное? А что если выявится дефицит человеческой сознательности, сил и времени для того, чтоб осмыслить целесообразность какого-либо планетарного объединения? Кто и как поможет тогда большинству сделать шаг к единству, а не к очередной бойне всех против каждого? Кто на грани тотального уничтожения спасет от очередного мракобесия «гомо сапиенсов», выживших в Последней Мировой?

Александр Великий – весьма умный, сказочно могучий и чрезвычайно энергичный лидер, именно потому Он собственной жизнью так безупречно подтвердил ту простую мысль, что неограниченное принуждение уничтожает самых лучших соратников и вызывает даже у друзей-единомышленников желание ИЗБАВИТЬСЯ от насильника. Но пример Александра подтверждает и иное: без элементов принуждения в истории ничего не получается вообще – в том числе ничего разумного.

И я делаю для себя вывод: так же как наш собственный разум (царь в голове) принуждает нас делать то, что нужно, а не то, что приспичило, так и руководители наиболее могущественных государств мира должны вести человечество, а не безучастно ждать, что все само каким-то образом упорядочится. Естественно, нечто будет, но будет ли это «нечто» - «Вотчиной Разума»? К сожалению, совсем не трудно превратить Землю в планету одичавших обезьян!

Такова моя логика и в «Бесконечности» она выражена целиком…

 

‑ Будете ли печатный вариант «Бесконечности»?

Печататься?! А зачем транжирить чужие деньги?! Настоящих читателей – тех, что имеют время и желание углубиться в мою «Бесконечность» ‑ пока до обидного мало. Следовательно, в печатном издании никакой потребности не наблюдается. А мечтать – мечтать неплохо…