качай извилины здесь!

автор: Пласковицкий А.Л.
Под редакцией Пласковицкой Е.В.

Экспортный облик
белорусской внешней торговли

законодательство Республики Беларусь учтено по состоянию на 21 декабря 2006 г.

Глобализация не щадит никого. У нее тот же девиз, что и у армейского старшины: «Пусть безобразно лишь бы единообразно!»

Можно, конечно, примкнуть к антиглобалистам и забросать «Макдональдс» бутылками от «Кока-колы». Но единых, общемировых стандартов от этого меньше не станет, и к ним все равно придется приспосабливаться. Особенно если ты живешь в центре Европы, в стране с открытой экономикой, где суммарный объем внешнеэкономического оборота превышает производство внутреннего валового продукта, где любая торговля становится неотъемлемым звеном планетарного рынка.

Вопрос только, каким образом приспосабливаться к этой глобализации? Например, как согласовать национальное торговое законодательство и требования Всемирной торговой организации (далее – ВТО)? Есть, как минимум, два способа. Можно долго и упорно шлифовать национальное законодательство, чтобы оно хорошенько притерлось и встроилось в международную правовую систему. А можно быстро-быстро написать рамочный закон, декларирующий курс на сближение. Толку от этого немного, зато будет, что показать настырным адептам глобализации. Дескать, читайте – вот они наши далеко идущие, добрые намеренья. Эдакое законотворчество в порядке информационного обеспечения положительного внешнеэкономического имиджа государства.

Трудолюбивые белорусские нормотворцы идут, разумеется, первым путем, и плавно продвигают нашу массивную правовую систему в нужном направлении. Это подтвердит любой непредвзятый наблюдатель. Однако время от времени отечественные законодатели поддаются соблазну простых решений и производят акты, вроде Закона Республики Беларусь от 25 ноября 2004 г. № 347-З «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности» (далее – Закон), вступившего в силу 16 июня 2005 года.

И это, к сожалению, далеко не первый случай подобного творчества. До этого были законы Республики Беларусь от 25 октября 1990 г. № 354-XII «Об основах внешнеэкономической деятельности Республики Беларусь» и от 29 декабря 1998 г. № 223-З «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности».

Интересно знать, что только вместе с отменой первого из этих законов канула в вечность давно отжившая свой век «регистрация участников внешнеэкономической деятельности». Последующие законы предоставляли право на такую деятельность всем без такой регистрации.

С появлением нового акта, оба его предшественника утратили силу, но декларативных норм не стало меньше, потому что Закон своими объемами (пятьдесят тысяч печатных знаков!) в полтора раза превзошел обоих предшественников вместе взятых.

О труде, тяжком и неблагодарном

Мы с пониманием относимся к появлению таких доброжелательных статей, как «Государственное регулирование внешнеторговой деятельности: новый Закон уже действует» (Юридический мир № 15 2005 г.). Их пишут разработчики законопроекта, которые отдали ему изрядную часть собственного здоровья и затратили труда не меньше, чем тратят спортсмены на свои мировые рекорды.

Из глубокого и искреннего уважения к этому нелегкому труду хочется повторять вслед за авторами таких статей, что Закон «удачнее, чем ранее, и более детален», что многое «сделано впервые»… Но мы так не думаем, потому что в длинном декларативном акте, изобилующем тривиальностями, немотивированными разночтениями и повторами, труднее искать нормы, пригодные для практического применения, чем в его куцых собратьях.

В качестве примера пристрастной оценки Закона процитируем вышеупомянутую журнальную статью: «определяя национальный режим внешней торговли, предоставляемый иностранным товарам (услугам), как равный режиму, предоставляемому белорусским товарам (услугам), отечественный законодатель пошел даже несколько дальше требований содержащихся в соглашениях ВТО. К примеру, статья XVII ГАТТ1-1994 определяет такой режим как не менее благоприятный, чем предоставляемый национальным товарам».

К сожалению, слова «не менее» равносильны выражению «больше или равно», а это значит, что «равный режим» – минимум предписанного ГАТТ-1994, и такой режим не может считаться зашедшим «несколько дальше требований ВТО». Как говорится, ближе некуда! Впрочем, есть куда! В Законе предусмотрены многочисленные неблагоприятные исключения из провозглашенного равенства.

Разумеется, статьи Закона, содержащие определения внешнеторговых понятий, задач, принципов и методов, имеют еще и научно-методическое значение и могут найти применение в учебном процессе. Но все-таки подобные, самоочевидные дефиниции и классификации не всегда хороши в качестве правовых норм. Ведь, получив статус закона, они сковывают научно-педагогическое творчество, а в регулировании общественных отношений практически не участвуют. А это, в конечном итоге, приводит к загромождению белорусского законодательства и неоправданным трудозатратам всех, к этому законодательству причастных.

Государственное саморегулирование

Читаем пункт 1 статьи 2 Закона, посвященной сфере его применения, и понимаем, что название этого нормативного акта не случайно. Он имеет лишь косвенное отношение к внешней торговле. Напрямую Закон регламентирует только деятельность государственных органов по регулированию этой торговли. Это, так сказать, государственное саморегулирование, при котором государство устанавливает правовые пределы для самого себя.

Такой Закон мог бы стать средством борьбы с чиновничьим произволом, если бы четко раскрыл тему, поименованную в названии и описанную в статье 2.

Но представьте себе Уголовный кодекс, в который вместо наказаний за конкретные преступления включены только обобщенные схемы «правомерного поведения», исключения из этих схем (легальные обходные пути) и намеки на то, что любое другое поведение не будет считаться правомерным. В лучшем случае такой кодекс можно было бы использовать только для обучения и идейного воспитания подрастающего поколения.

В анализируемом Законе все то же самое. В нем есть рассказ о том, каким видится государству цивилизованное регулирование внешней торговли, но не предусмотрено никаких вариантов борьбы с теми государственными органами, которые отступают от общих правил и гордо шествуют извилистой тропой исключений, содержащихся в том же Законе.

Исключение №1. Специфика нашей правовой системы состоит в том, что все изданные решения Главы государства имеют большую силу, чем законы. К тому же именно Президент взял на себя определение основных правил, действующих в сфере внешней торговли. Поэтому при подготовке важнейших мер государственного регулирования чиновники могут и не заглядывать в Закон, поскольку на уровне Главы государства этот правовой акт не имеет силы.

В том же убеждает нас пункт 2 статьи 8 Закона, где сказано: «Президент может принять решение о применении любых методов государственного регулирования внешнеторговой деятельности».

А то, что некоторые положения Закона выглядят, как регламентирующие деятельность Президента, – так это просто мелкие стилистические огрехи. На самом деле, нормы Закона относятся к решениям Главы нашего государства как к данности, независимой от этих норм.

Исключения № 2. Казалось бы, законодательное регулирование внешней торговли должно осуществляться в полном соответствии с нормами Закона. Но в Законе нет статей, пунктов и подпунктов, регламентирующих деятельность законодателей. Закон даже не является программным (как это положено в соответствие с частью четвертой статьи 104 Конституции) и вообще не обладает никаким приоритетом в сравнении с другими законами.

Поэтому любой другой закон может содержать положения, расходящиеся со статьями рассматриваемого Закона. И эти расходящиеся положения будут действовать вместо Закона, если они приняты позже или наделены большей юридической силой по решению законодателей.

Таковы приоритеты законодательного регулирования внешней торговли – реальные, а не воображаемые (показные).

Исключения № 3. Согласно пункту 3 статьи 8 Закона «Президент может предоставить Правительству право на принятие решений, отнесенных к компетенции Президента». Для Совета Министров это простой и легальный способ оказаться за рамками Закона вместе с Главой государства, уполномоченного, как сказано выше, применять любые методы регулирования.

Хотя и для самого Правительства в Законе сделано множество разнообразных исключений. Мы насчитали десяток норм, позволяющих предусмотреть «иное» в актах Совета Министров.

Так что же получается: Закон написан только для судебной власти, министерств, ведомств и чиновников рангом пониже? Увы, не получается! Потому что суды и чиновники будут вынуждены соблюдать те же нормы, установленные актами Главы государства, другими законами и постановления Правительства. А, кто будет соблюдать Закон и почему он это сделает, трудно даже предположить. Остается уповать на пресловутый «остаточный принцип»: когда нет других норм – «Действуй по Закону!».

Исключения № 4. Пункты 2 статей 2, 20 и 26 Закона выводят из-под действия данного нормативного акта внешнеторговую деятельность самого государства:

- функциональные услуги государственных органов;

- уставную деятельность Нацбанка;

- государственное социальное обеспечение;

- финансовую деятельность под госгарантии и с использование госсредств;

- осуществление экспортного контроля;

- поступление денег, товаров и услуг по экспорту-импорту;

- поставки товаров (услуг) для государственных нужд.

Еще обширнее список обстоятельств, при которых можно вводить ограничения внешней торговли, не предусмотренные Законом (статьи 13, 14, 17, 19, 24, 25, 27-32). Это:

а) оборона национальной безопасности и правопорядка, включая соблюдения правовых актов Беларуси, расследование преступлений и осуществление правосудия;

б) защита экономических интересов Беларуси, в том числе путем принятия антидемпинговых, компенсационных и иных специальных защитных мер.

Сюда же мы относим и:

- обеспечение целостности (стабильности) финансовой и налоговой систем, включая внешнюю платежеспособность государства (в том числе равновесие платежного баланса, наличие необходимых золотовалютных резервов) и действенность валютного регулирования (контроля);

- защиту прав и законных интересов инвесторов;

- пресечение хозяйственной недобросовестности и ликвидацию ее последствий;

- предотвращение разглашения конфиденциальной коммерческой информации (Кстати, по нашим законам о внешней торговле доказать, что коммерческая информация конфиденциальна очень непросто);

- борьбу с дефицитом или избытком товаров (услуг) на внутреннем рынке;

- лицензирование при количественных ограничениях и разрешительном порядке экспорта (импорта);

- введение государственной монополии (исключительного права на отдельные разновидности внешней торговли);

- экспорт (импорт) золота или серебра;

Защита экономических интересов государства – сегодня бурно развивающийся правовой сектор. Этой теме посвящен объемный Закон Республики Беларусь от 25 ноября 2004 года № 346-З «О мерах по защите экономических интересов Республики Беларусь при осуществлении внешней торговли товарами» и Постановление Совета Министров Республики Беларусь 9 июня 2005 г. № 612 «Об утверждении Положения о порядке проведения расследования в целях применения специальных защитных, антидемпинговых или компенсационных мер и признании утратившими силу постановлений Совета Министров Республики Беларусь от 5 июня 2000 г. № 800 и от 26 июня 2002 г. № 859».

В этих нормативных актах содержится довольно широкое понимание «неблагоприятного воздействия возросшего импорта, демпингового импорта и субсидируемого импорта товаров». Что позволяет после соответствующей процедуры расследования, проведенной белорусским МИДом, закрыть белорусский рынок для причинителей малейшего ущерба.

в) обеспечение общественной морали;

г) защита жизни и здоровья человека, а также предотвращение вмешательства в частную жизнь;

д) охрана окружающей среды, включая предотвращение истощения невосполнимых природных ресурсов;

е) сохранение культурных ценностей;

ж) отсутствие с соответствующими государствами взаимных договорных обязательств о режиме благоприятствования или выполнение международных обязательств республики, включая:

- участие в международных санкциях;

- принятия ответных мер в отношении иностранного государства (межгосударственного образования), невыполняющего обязательств перед нашей республикой либо притесняющего нас на своем рынке;

- международные договоры об избежании двойного налогообложения, приграничной торговле, таможенном союзе, зоне свободной торговли и т.п.

При таком всеохватывающем наборе исключений из общих правил государственные органы могут фактически не беспокоиться о соблюдении Закона при осуществлении государственного регулирования внешней торговли. Любые меры всегда можно подвести под одну из вышеперечисленных позиций Закона, дающих право на экстраординарное вмешательство государства в осуществление внешней торговли.

Таким образом, государственное саморегулирование превращается в протокол о добрых намерениях, реализуемых только в тех случаях, когда нет подходящего повода для применения мер в традициях нашего Отечества. А тому, кто попытается использовать этот протокол для защиты своих частных внешнеэкономических интересов в суде и других государственных органах, мы заранее сочувствуем, ибо его шансы на успех близки к нулевым.

Содержательные (правоустанавливающие) элементы

Положений, которые можно назвать правовыми нормами прямого действия в Законе немного, но они все-таки есть. И мы перечислим те, которые кажутся наиболее интересными и поучительными.

1. Самые возвышенные положения Закона могут вместиться в одно сладкое слово «равенство» (в том числе запрет на любую дискриминацию участников внешнеторгового оборота). Но рядом с этим словом всегда отыщутся многочисленные, явные и замаскированные оговорки и ссылки на акты, предусматривающие исключения из общего правила. В зависимости от количества и интенсивности этих оговорок у адвоката (юриста хозяйственника) появляются какие-то шансы ссылаться на Закон и апеллировать к чувствам судей, которые ведь тоже в глубине души очень ценят равноправие.

2. Подпунктом 1.9. пункта 1 Закона участникам зоны свободной торговли фактически запрещено осуществлять между собой «существенную(?!) координацию в отношении применения таможенных пошлин и иных мер регулирования внешней торговли товарами с третьими странами». А что еще прикажете делать родному государству, если подобный сговор зональных участников чреват возмущением соседних стран?!

3. В статье 3, подпункте 1.9 пункта 1 статьи 24, пункте 2 статьи 25 Закона мы нашли очень внятно сформулированный приоритет международных договоров над всеми нормами национального законодательства. Причем исключения из этого правила сводятся к ссылке на международное право. Думаем, что при определенных обстоятельствах это может стать весомым аргументом в пользу того, кто в своей деятельности опирается на нормы международного права.

4. В статьях 9 и 35 Закона есть зацепки, позволяющие нам получить необходимую информацию о:

- разработке проектов актов о внешнеторговой деятельности. Если, конечно, нормотворческий орган примет решение о его публичном обсуждении;

- принятых актах (они подлежат официальному опубликованию);

- многом другом, связанном с осуществлением внешнеторговой деятельности (помимо государственных секретов и иных охраняемых законодательством сведений).

Учитывая фактическую ненаказуемость сокрытия подобных сведений, мы сомневаемся, что в этой самой засекреченной сфере государственной жизнедеятельности произойдет коренной перелом – начнется массовое обсуждение готовящихся проектов и распространение ценной (сулящей прибыль) информации. Но давайте помечтаем – Закон дает для этого хороший повод.

5. Анализируя статьи 12 и 13 Закона, посвященные нетарифному регулированию, хотелось бы обратить внимание читателя на яркое отличие, существующее между белорусским законодательством и международным правом. Статья XX ГАТТ-1994 говорит о случаях, в которых может вводиться подобное регулирование, а наш Закон о лицах (органах), уполномоченных такое регулирование ввести. По виду одно другому не противоречит, а по сути это замена «принципа» «субъектом».

Для нас такая замена привычна и является чем-то само собой разумеющимся. А вот некоторым заезжим коммивояжерам объяснить это место в Законе бывает очень трудно. Они зациклено твердят про волюнтаризм и не могут понять, что буква международного принципа нуждается в точечном применении и гибком, персональном подходе.

6. Абзацы четвертый-пятый подпункта 2.2 пункта 2 статьи 13 Закона предписывают раздавать бесплатно или по ценам ниже рыночных сельхозпродукцию и водные биоресурсы, импорт которых ограничен.

7. Статья 14 Закона устанавливает норматив, согласно которому квоты на импорт должны распределяться между заинтересованными государствами пропорционально их долям в период, предшествующий введению ограничений (квотированию).

8. Статья 18 Закона, описывает очередную терминологическую новацию – «автоматическое лицензирование экспорта (импорта)». Мы крайне удивлены тем, что в нашу правовую систему позаимствован термин в столь непривычном отечественному сознанию значении. Авторы проекта почему-то назвали «лицензированием» то, что не связано с получением «специального разрешения». Это всего лишь обязательный учет (подсчет) экспортированных (импортированных) товаров.

Но раз уж законодателю хочется называть такую информационно-статистическую процедуру «автоматическим лицензированием», а потом по первому требованию выдавать заявителю еще одну, ничего не разрешающую лицензию (уже не синоним «специального разрешения»), то и нам не остается ничего другого, как принять все это, как руководство к действию и пополнить собственный юридический словарь еще одним омонимом.

9. Согласно статье 20 Закона предоставление национального режима внешней торговли иностранцам не препятствует применению дифференцированных платежей, связанных с перевозкой и зависящих исключительно от стоимости эксплуатации транспортных средств.

10. Статья 33 Закона разрешает принимать участие в приграничной торговле только лицам, имеющим постоянное место жительства (нахождения) на соответствующей приграничной территории.

11. Статья 37 Закона запрещает объединениям, созданным для содействия развитию внешнеторговой деятельности, монополизировать и делить внутренний рынок, ограничивать конкуренцию (деловую практику) и дискриминировать иным способом в зависимости от участия в объединении.

Интересные неувязочки

1. Определение понятия «Национальный режим внешней торговли товарами и услугами» (подпункт 1.15 пункта 1 статья 1 Закона) – хороший пример того, как можно давать определения понятий ничего в итоге не определяя. Из этой дефиниции мы ничего не почерпнули о том, каков этот режим, зато узнали, что этот, чем-то благоприятный режим применяется не только к отечественным, но и к иностранным товарам (услугам). С одной стороны, несомненная стилистическая оплошность – приравнивать режимы под видом определения. Но с другой стороны, будьте внимательны к правовым определениям – за ними может скрываться вполне осязаемое правовое уравнение из двух неизвестных.

2. В абзаце девятом статьи 4 Закона мы обнаружили тавтологию, которая весьма живописно отражает сущность анализируемого Закона. Предлагаем и Вам вчитаться в один из основных принципов государственного регулирования внешнеторговой деятельности: «выбор мер государственного регулирования внешнеторговой деятельности, являющихся не более обременительными для ее участников, чем это необходимо для обеспечения эффективного достижения целей, преследуемых данными мерами».

Это просто прелесть! Лучше и не скажешь! Все выглядит как терминологически выверенная забота о минимизации обременительных последствий государственного вмешательства в торговый оборот, а на самом деле слышатся до боли привычные слова: «Сколько положено – столько и будет! А сколько положено – не вам решать!»

Мы и ВТО

– Ваше законодательство должно соответствовать …– говорит ВТО и перечисляет, каким именно принципам должно соответствовать белорусское законодательство.

– Наше законодательство соответствует принципам ВТО, если иное не предусмотрено этим законодательством, – подхватывают отечественные правосочинители. А потом старательно прописывая свое заявление в виде правовой нормы, дополняя его кратким перечислением указанных принципов в самом общем виде.

При этом они чувствуют себя авторами компромисса, разумного и равноудаленного от крайних точек зрения. А заодно избавляют всех нас от обременительной процедуры внесения многочисленных изменений в само действующее законодательство.

Подобный диалог может повторяться, сколь угодно долго. Оно и понятно. ВТО по долгу службы заботиться о том, чтобы весь мир стал рынком, работающим по единообразным правилам. А поскольку без членства в ВТО многие преимущества мирового рынка недоступны, то большинство государств готово идти навстречу самым строгим и неприятным требованиям этой организации.

К счастью есть метод, позволяющий сделать это движение бесконечным. Изобрел соответствующую методику (сам того не подозревая) знаменитый древнегреческий философ Зенон из южно-итальянской Элеи, который утверждал, что самую малую дистанцию можно преодолевать бесконечно долго, если каждый раз проходить только половину оставшегося пути.

За два с половиной тысячелетия у логики славного Элеата появилось великое множество последователей, умудряющихся проделать половину пути там, где от них ожидают полноценного движения навстречу. В результате и добрую волю продемонстрировали и позорной капитуляции избежали.

Думаем, что этот метод не скоро исчерпает себя и долгие годы будет оставаться примером для тех, кто желает сохранить независимость в этом назойливо интегрирующемся мире. Ведь описанный метод вступления в ВТО можно использовать даже в повседневной жизни для улаживания отношений с начальством и членами собственной семьи.

В назидание любителям правового чтива

Итак, если Вы хотите знать, каким нашему государству видится цивилизованное регулирование внешней торговли – читайте Закон. Здесь множество норм, напоминающих курс позитивного самовнушения. Типа, «все будет хорошо в этом лучшем из миров!»

Если же Вам интересно, как внешняя торговля отрегулирована на самом деле – читайте решения Главы государства, Правительства и другие нормативные акты на эту тему, поскольку рассмотренный нами Закон не более чем фасадная лепнина белорусского законодательства. Иначе говоря, это новый толстый слой парадной косметики на лице горячо любимого государства, необходимый для встреч с ВТО. Только тушь, к сожалению, кое-где размазалась, а так все в лучших светских традициях европейского дома мод.

 

 

Приложение

Ранний вариант той же статьи (законодательство Республики Беларусь учтено по состоянию на 12 сентября 2005 г.)

 

Экспортный облик
белорусской внешней торговли

 

журнальная версия публиковалась под псевдонимом Елена Кудрявцева
в журналах «Налоговый вестник» № 20 2005 года
и «Валютное регулирование и ВЭД» № 10 2005 года

Глобализация не щадит никого. У нее тот же девиз, что и у армейского старшины: «Пусть безобразно лишь бы единообразно!»

Можно, конечно, примкнуть к антиглобалистам и забросать «Макдональдс» бутылками от «Кока-колы». Но единых, общемировых стандартов от этого меньше не станет, и к ним все равно придется приспосабливаться. Особенно если ты живешь в центре Европы, в стране с открытой экономикой, где суммарный объем внешнеэкономического оборота превышает производство внутреннего валового продукта, где любая торговля становится неотъемлемым звеном планетарного рынка.

Вопрос только, каким образом приспосабливаться к этой глобализации? Например, как согласовать национальное торговое законодательство и требования Всемирной торговой организации (далее – ВТО)? Есть, как минимум, два способа. Можно долго и упорно шлифовать национальное законодательство, чтобы оно хорошенько притерлось и встроилось в международную правовую систему. А можно быстро-быстро написать рамочный закон, декларирующий курс на сближение. Толку от этого немного, зато будет что показать настырным адептам глобализации. Дескать, читайте – вот они наши далеко идущие, добрые намеренья. Эдакое законотворчество в порядке информационного обеспечения положительного внешнеэкономического имиджа государства.

Трудолюбивые белорусские нормотворцы идут, разумеется, первым путем, и плавно продвигают нашу массивную правовую систему в нужном направлении. Это подтвердит любой непредвзятый наблюдатель. Однако время от времени отечественные законодатели поддаются соблазну простых решений и производят акты, вроде Закона Республики Беларусь от 25 ноября 2004 г. № 347-З «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности» (далее – Закон), вступившего в силу 16 июня нынешнего года.

И это, к сожалению, далеко не первый случай подобного творчества. До этого были законы Республики Беларусь от 25 октября 1990 г. № 354-XII «Об основах внешнеэкономической деятельности Республики Беларусь» и от 29 декабря 1998 г. № 223-З «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности».

Интересно знать, что только вместе с отменой первого из этих законов канула в вечность давно отжившая свой век «регистрация участников внешнеэкономической деятельности». Последующие законы предоставляли право на такую деятельность всем без такой регистрации.

С появлением нового акта, оба его предшественника утратили силу, но декларативных норм не стало меньше, потому что Закон своими объемами (пятьдесят тысяч печатных знаков!) в полтора раза превзошел обоих предшественников вместе взятых.

О труде, тяжком и неблагодарном

Мы с пониманием относимся к появлению таких доброжелательных статей, как «Государственное регулирование внешнеторговой деятельности: новый Закон уже действует» (Юридический мир № 15 2005 г.). Их пишут разработчики законопроекта, которые отдали ему изрядную часть собственного здоровья и затратили труда не меньше, чем тратят спортсмены на свои мировые рекорды.

Из глубокого и искреннего уважения к этому нелегкому труду хочется повторять вслед за авторами таких статей, что Закон «удачнее, чем ранее, и более детален», что многое «сделано впервые»… Но мы так не думаем, потому что в длинном декларативном акте, изобилующем тривиальностями, немотивированными разночтениями и повторами, труднее искать нормы, пригодные для практического применения, чем в его куцых собратьях.

Примечание: В качестве примера пристрастной оценки Закона процитируем вышеупомянутую журнальную статью: «определяя национальный режим внешней торговли, предоставляемый иностранным товарам (услугам), как равный режиму, предоставляемому белорусским товарам (услугам), отечественный законодатель пошел даже несколько дальше требований содержащихся в соглашениях ВТО. К примеру, статья XVII ГАТТ2-1994 определяет такой режим как не менее благоприятный, чем предоставляемый национальным товарам».

К сожалению, слова «не менее» равносильны выражению «больше или равно», а это значит, что «равный режим» – минимум предписанного ГАТТ-1994, и такой режим не может считаться зашедшим «несколько дальше требований ВТО». Как говорится, ближе некуда! Впрочем, есть куда! В Законе предусмотрены многочисленные неблагоприятные исключения из провозглашенного равенства.

Разумеется, статьи Закона, содержащие определения внешнеторговых понятий, задач, принципов и методов, имеют еще и научно-методическое значение и могут найти применение в учебном процессе. Но все-таки подобные, самоочевидные дефиниции и классификации не всегда хороши в качестве правовых норм. Ведь, получив статус закона, они сковывают научно-педагогическое творчество, а в регулировании общественных отношений практически не участвуют. А это, в конечном итоге, приводит к загромождению белорусского законодательства и неоправданным трудозатратам всех, к этому законодательству причастных.

Государственное саморегулирование

Читаем пункт 1 статьи 2 Закона, посвященной сфере его применения, и понимаем, что название этого нормативного акта не случайно. Он имеет лишь косвенное отношение к внешней торговле. Напрямую Закон регламентирует только деятельность государственных органов по регулированию этой торговли. Это, так сказать, государственное саморегулирование, при котором государство устанавливает правовые пределы для самого себя.

Такой Закон мог бы стать средством борьбы с чиновничьим произволом, если бы четко раскрыл тему, поименованную в названии и описанную в статье 2.

Но представьте себе Уголовный кодекс, в который вместо наказаний за конкретные преступления включены только обобщенные схемы «правомерного поведения», исключения из этих схем (легальные обходные пути) и намеки на то, что любое другое поведение не будет считаться правомерным. В лучшем случае такой кодекс можно было бы использовать только для обучения и воспитания подрастающего поколения.

В анализируемом Законе все то же самое. В нем есть рассказ о том, каким видится государству цивилизованное регулирование внешней торговли, но не предусмотрено никаких вариантов борьбы с теми государственными органами, которые отступают от общих правил и гордо шествуют извилистой тропой исключений, содержащихся в том же Законе.

Исключение №1. Специфика нашей правовой системы состоит в том, что все изданные решения Главы государства имеют большую силу, чем законы. К тому же именно Президент взял на себя определение основных правил, действующих в сфере внешней торговли. Поэтому при подготовке важнейших мер государственного регулирования чиновники могут и не заглядывать в Закон, поскольку на уровне Главы государства этот правовой акт не имеет силы.

В том же убеждает нас пункт 2 статьи 8 Закона, где сказано: «Президент может принять решение о применении любых методов государственного регулирования внешнеторговой деятельности».

А то, что некоторые положения Закона выглядят, как регламентирующие деятельность Президента, – так это просто мелкие стилистические огрехи. На самом деле, нормы Закона относятся к решениям Главы нашего государства как к данности, независимой от этих норм.

Исключения № 2. Казалось бы, законодательное регулирование внешней торговли должно осуществляться в полном соответствии с нормами Закона. Но в Законе нет статей, пунктов и подпунктов, регламентирующих деятельность законодателей. Закон даже не является программным (как это положено в соответствие с частью четвертой статьи 104 Конституции) и вообще не обладает никаким приоритетом в сравнении с другими законами.

Поэтому любой другой закон может содержать положения, расходящиеся со статьями рассматриваемого Закона. И эти расходящиеся положения будут действовать вместо Закона, если они приняты позже или наделены большей юридической силой по решению законодателей.

Таковы приоритеты законодательного регулирования внешней торговли – реальные, а не воображаемые (показные).

Исключения № 3. Согласно пункту 3 статьи 8 Закона «Президент может предоставить Правительству право на принятие решений, отнесенных к компетенции Президента». Для Совета Министров это простой и легальный способ оказаться за рамками Закона вместе с Главой государства, уполномоченного, как сказано выше, применять любые методы регулирования.

Хотя и для самого Правительства в Законе сделано множество разнообразных исключений. Мы насчитали десяток норм, позволяющих предусмотреть «иное» в актах Совета Министров.

Так что же получается: Закон написан только для судебной власти, министерств, ведомств и чиновников рангом пониже? Увы, не получается! Потому что суды и чиновники будут вынуждены соблюдать те же нормы, установленные актами Главы государства, другими законами и постановления Правительства. А, кто будет соблюдать Закон и почему он это сделает, трудно даже предположить. Остается уповать на пресловутый «остаточный принцип»: когда нет других норм – «Действуй по Закону!».

Исключения № 4. Пункты 2 статей 2, 20 и 26 Закона выводят из-под действия данного нормативного акта внешнеторговую деятельность самого государства:

- функциональные услуги государственных органов;

- уставную деятельность Нацбанка;

- государственное социальное обеспечение;

- финансовую деятельность под госгарантии и с использование госсредств;

- осуществление экспортного контроля;

- поступление денег, товаров и услуг по экспорту-импорту;

- поставки товаров (услуг) для государственных нужд.

Еще обширнее список обстоятельств, при которых можно вводить ограничения внешней торговли, не предусмотренные Законом (статьи 13, 14, 17, 19, 24, 25, 27-32). Это:

а) оборона национальной безопасности и правопорядка, включая соблюдения правовых актов Беларуси, расследование преступлений и осуществление правосудия;

б) защита экономических интересов Беларуси, в том числе путем принятия антидемпинговых, компенсационных и иных специальных защитных мер.

Сюда же мы относим и:

- обеспечение целостности (стабильности) финансовой и налоговой систем, включая внешнюю платежеспособность государства (в том числе равновесие платежного баланса, наличие необходимых золотовалютных резервов) и действенность валютного регулирования (контроля);

- защиту прав и законных интересов инвесторов;

- пресечение хозяйственной недобросовестности и ликвидацию ее последствий;

- предотвращение разглашения конфиденциальной коммерческой информации (Кстати, по нашим законам о внешней торговле доказать, что коммерческая информация конфиденциальна очень непросто);

- борьбу с дефицитом или избытком товаров (услуг) на внутреннем рынке;

- лицензирование при количественных ограничениях и разрешительном порядка экспорта (импорта);

- введение государственной монополии (исключительного права на отдельные разновидности внешней торговли);

- экспорт (импорт) золота или серебра;

Примечание: Защита экономических интересов государства – сегодня бурно развивающийся правовой сектор. Этой теме посвящен объемный Закон Республики Беларусь от 25 ноября 2004 года № 346-З «О мерах по защите экономических интересов Республики Беларусь при осуществлении внешней торговли товарами» и Постановление Совета Министров Республики Беларусь 9 июня 2005 г. № 612 «Об утверждении Положения о порядке проведения расследования в целях применения специальных защитных, антидемпинговых или компенсационных мер и признании утратившими силу постановлений Совета Министров Республики Беларусь от 5 июня 2000 г. № 800 и от 26 июня 2002 г. № 859».

В этих нормативных актах содержится довольно широкое понимание «неблагоприятного воздействия возросшего импорта, демпингового импорта и субсидируемого импорта товаров». Что позволяет после соответствующей процедуры расследования, проведенной белорусским МИДом, закрыть белорусский рынок для причинителей малейшего ущерба.

в) обеспечение общественной морали;

г) защита жизни и здоровья человека, а также предотвращение вмешательства в частную жизнь;

д) охрана окружающей среды, включая предотвращение истощения невосполнимых природных ресурсов;

е) сохранение культурных ценностей;

ж) отсутствие с соответствующими государствами взаимных договорных обязательств о режиме благоприятствования или выполнение международных обязательств республики, включая:

- участие в международных санкциях;

- принятия ответных мер в отношении иностранного государства (межгосударственного образования), невыполняющего обязательств перед нашей республикой либо притесняющего нас на своем рынке;

- международные договоры об избежании двойного налогообложения, приграничной торговле, таможенном союзе, зоне свободной торговли и т.п.

При таком всеохватывающем наборе исключений из общих правил государственные органы могут фактически не беспокоиться о соблюдении Закона при осуществлении государственного регулирования внешней торговли. Любые меры всегда можно подвести под одну из вышеперечисленных позиций Закона, дающих право на экстраординарное вмешательство государства в осуществление внешней торговли.

Таким образом, государственное саморегулирование превращается в протокол о добрых намерениях, реализуемых только в тех случаях, когда нет подходящего повода для применения мер в традициях нашего Отечества. А тому, кто попытается использовать этот протокол для защиты своих частных внешнеэкономических интересов в суде и других государственных органах, мы заранее сочувствуем, ибо его шансы на успех близки к нулевым.

Содержательные (правоустанавливающие) элементы

Положений, которые можно назвать правовыми нормами прямого действия в Законе немного, но они все-таки есть. И мы перечислим те, которые кажутся наиболее интересными и поучительными.

1. Самые возвышенные положения Закона могут вместиться в одно сладкое слово «равенство» (в том числе запрет на любую дискриминацию участников внешнеторгового оборота). Но рядом с этим словом всегда отыщутся многочисленные, явные и замаскированные оговорки и ссылки на акты, предусматривающие исключения из общего правила. В зависимости от количества и интенсивности этих оговорок у адвоката (юриста хозяйственника) появляются какие-то шансы ссылаться на Закон и апеллировать к чувствам судей, которые ведь тоже в глубине души очень ценят равноправие.

2. Подпунктом 1.9. пункта 1 Закона участникам зоны свободной торговли фактически запрещено осуществлять между собой «существенную(?!) координацию в отношении применения таможенных пошлин и иных мер регулирования внешней торговли товарами с третьими странами». А что еще прикажете делать родному государству, если подобный сговор зональных участников чреват возмущением соседних стран?!

3. В статье 3, подпункте 1.9 пункта 1 статьи 24, пункте 2 статьи 25 Закона мы нашли очень внятно сформулированный приоритет международных договоров над всеми нормами национального законодательства. Причем исключения из этого правила сводятся к ссылке на международное право. Думаем, что при определенных обстоятельствах это может стать весомым аргументом в пользу того, кто в своей деятельности опирается на нормы международного права.

4. В статьях 9 и 35 Закона есть зацепки, позволяющие нам получить необходимую информацию о:

- разработке проектов актов о внешнеторговой деятельности. Если, конечно, нормотворческий орган примет решение о его публичном обсуждении;

- принятых актах (они подлежат официальному опубликованию);

- многом другом, связанном с осуществлением внешнеторговой деятельности (помимо государственных секретов и иных охраняемых законодательством сведений).

Учитывая фактическую ненаказуемость сокрытия подобных сведений, мы сомневаемся, что в этой самой засекреченной сфере государственной жизнедеятельности произойдет коренной перелом – начнется массовое обсуждение готовящихся проектов и распространение ценной (сулящей прибыль) информации. Но давайте помечтаем – Закон дает для этого хороший повод.

5. Анализируя статьи 12 и 13 Закона, посвященные нетарифному регулированию, хотелось бы обратить внимание читателя на яркое отличие, существующее между белорусским законодательством и международным правом. Статья XX ГАТТ-1994 говорит о случаях, в которых может вводиться подобное регулирование, а наш Закон о лицах (органах), уполномоченных такое регулирование ввести. По виду одно другому не противоречит, а по сути это замена «принципа» «субъектом».

Для нас такая замена привычна и является чем-то само собой разумеющимся. А вот некоторым заезжим коммивояжерам объяснить это место в Законе бывает очень трудно. Они зациклено твердят про волюнтаризм и не могут понять, что буква международного принципа нуждается в точечном применении и гибком, персональном подходе.

6. Абзацы четвертый-пятый подпункта 2.2 пункта 2 статьи 13 Закона предписывают раздавать бесплатно или по ценам ниже рыночных сельхозпродукцию и водные биоресурсы, импорт которых ограничен.

7. Статья 14 Закона устанавливает норматив, согласно которому квоты на импорт должны распределяться между заинтересованными государствами пропорционально их долям в период, предшествующий введению ограничений (квотированию).

8. Статья 18 Закона, описывает очередную терминологическую новацию – «автоматическое лицензирование экспорта (импорта)». Мы крайне удивлены тем, что в нашу правовую систему позаимствован термин в столь непривычном отечественному сознанию значении. Авторы проекта почему-то назвали «лицензированием» то, что исключает получение «специального разрешения». Это всего лишь обязательный учет (подсчет) экспортированных (импортированных) товаров.

Но раз уж законодателю хочется называть такую информационно-статистическую процедуру «автоматическим лицензированием», а потом по первому требованию выдавать заявителю еще одну, ничего не разрешающую лицензию (уже не синоним «специального разрешения»), то и нам не остается ничего другого, как принять все это, как руководство к действию и пополнить собственный юридический словарь еще одним омонимом.

9. Согласно статье 20 Закона предоставление национального режима внешней торговли иностранцам не препятствует применению дифференцированных платежей, связанных с перевозкой и зависящих исключительно от стоимости эксплуатации транспортных средств.

10. Статья 33 Закона разрешает принимать участие в приграничной торговле только лицам, имеющим постоянное место жительства (нахождения) на соответствующей приграничной территории.

11. Статья 37 Закона запрещает объединениям, созданным для содействия развитию внешнеторговой деятельности, монополизировать и делить внутренний рынок, ограничивать конкуренцию (деловую практику) и дискриминировать иным способом в зависимости от участия в объединении.

Интересные неувязочки

1. Определение понятия «Национальный режим внешней торговли товарами и услугами» (подпункт 1.15 пункта 1 статья 1 Закона) – хороший пример того, как можно давать определения понятий ничего в итоге не определяя. Из этой дефиниции мы ничего не почерпнули о том, каков этот режим, зато узнали, что этот, чем-то приятный режим применяется не только к отечественным, но и к иностранным товарам (услугам). С одной стороны, несомненная стилистическая оплошность – приравнивать режимы под видом определения. Но с другой стороны, будьте внимательны к правовым определениям – за ними может скрываться вполне осязаемое правовое уравнение из двух неизвестных.

2. В абзаце девятом статьи 4 Закона мы обнаружили тавтологию, которая весьма живописно отражает сущность анализируемого Закона. Предлагаем и Вам вчитаться в один из основных принципов государственного регулирования внешнеторговой деятельности: «выбор мер государственного регулирования внешнеторговой деятельности, являющихся не более обременительными для ее участников, чем это необходимо для обеспечения эффективного достижения целей, преследуемых данными мерами».

Это просто прелесть! Лучше и не скажешь! Все выглядит как терминологически выверенная забота о минимизации обременительных последствий государственного вмешательства в торговый оборот, а на самом деле слышатся до боли привычные слова: «Сколько положено – столько и будет! А сколько положено – не вам решать!»

Мы и ВТО

– Ваше законодательство должно соответствовать …– говорит ВТО и перечисляет, каким именно принципам должно соответствовать белорусское законодательство.

– Наше законодательство соответствует принципам ВТО, если иное не предусмотрено этим законодательством, – подхватывают отечественные правосочинители, старательно переписывая те же принципы.

При этом они чувствуют себя авторами компромисса, разумного и равноудаленного от крайних точек зрения. А заодно избавляют всех нас от обременительной процедуры внесения многочисленных изменений в само действующее законодательство.

Подобный диалог может повторяться, сколь угодно долго. Оно и понятно. ВТО по долгу службы заботиться о том, чтобы весь мир стал рынком, работающим по единообразным правилам. А поскольку без членства в ВТО многие преимущества мирового рынка недоступны, то большинство государств готово идти навстречу самым строгим и неприятным требованиям этой организации.

К счастью есть метод, позволяющий сделать это движение бесконечным. Изобрел соответствующую методику (сам того не подозревая) знаменитый древнегреческий философ Зенон из южно-итальянской Элеи, который утверждал, что самую малую дистанцию можно преодолевать бесконечно долго, если каждый раз проходить только половину оставшегося пути.

За два с половиной тысячелетия у логики славного Элеата появилось великое множество последователей, умудряющихся проделать половину пути там, где от них ожидают полноценного движения навстречу. В результате и добрую волю продемонстрировали и позорной капитуляции избежали.

Думаем, что этот метод не скоро исчерпает себя и долгие годы будет оставаться примером для тех, кто желает сохранить независимость в этом назойливо интегрирующемся мире. Ведь описанный метод вступления в ВТО можно использовать даже в повседневной жизни для улаживания отношений с начальством и членами собственной семьи.

В назидание любителям правового чтива

Итак, если Вы хотите знать, каким нашему государству видится цивилизованное регулирование внешней торговли – читайте Закон. Здесь множество норм, напоминающих курс позитивного самовнушения. Типа, «все будет хорошо в этом лучшем из миров!»

Если же Вам интересно, как внешняя торговля отрегулирована на самом деле – читайте решения Главы государства, Правительства и другие нормативные акты на эту тему, поскольку рассмотренный нами Закон не более чем фасадная лепнина белорусского законодательства. Иначе говоря, это новый толстый слой парадной косметики на лице горячо любимого государства, необходимый для встреч с ВТО. Только тушь, к сожалению, кое-где размазалась, а так все в лучших светских традициях европейского дома мод.