качай извилины здесь!

автор: Пласковицкая А. А.
в соавторстве с Пласковицким А.Л.

История рода Пласковицких

Северная война

Самуил Пласковицкий (1685-1731) родился за год до подписания «Вечного мира» с Россией1 и провел детство вдали от войн и смут своего времени.

Правда, в 1695 году жители соседнего Слуцка восстали, но их быстро утихомирили. В борьбе шляхты 1696-1700 годов (Огинских и Вишневецких против Сапегов) его бабушка участия не принимала, и их имение враждующие отряды не трогали.

В 1697 году королем Речи Посполитой был избран Саксонский курфюрст Август II Сильный. Считая себя воистину сильным, курфюрст стремился побыстрее, доказать это всем и каждому, поэтому сразу же заключил военный союз против Швеции с русским царём и королём Дании.

Август хотел вернуть себе Ливонию, Петр I – Балтийское побережье2, Фридрих IV Датский – княжества Шлезвиг и Гольштейн. Но семнадцатилетний король Швеции Карл XII не только не хотел никому ничего отдавать, но и собирался стать величайшим полководцем и властелином Севера. Неудивительно поэтому, что монархи среднего возраста сплотились против самоуверенного юноши, и в 1700 году началась война, получившая название Северной.

Союзники бросились на Швецию со всех сторон и поплатились за это. Карл мастерски маневрировал и бил противников по одиночке. Сначала высадился под Копенгагеном и заставил датчан капитулировать. Потом разбил поляков под Ригой. И, наконец, разогнал русских под Нарвой.

Петр бежал вглубь своих необъятных владений создавать современную армию и флот, а Август остался с Карлом один на один.

У Карла был дар великого полководца, неистощимый юношеский азарт и лучшее в Европе войско. У Августа – посильная помощь Петра, несколько верных подданных и немного наемников.

Самуил Пласковицкий симпатизировал единоличной власти3 и мечтал о ратной славе, поэтому вопреки антивоенным настроениям польской шляхты поддерживал замыслы своего короля.

В начале войны Самуилу едва исполнилось 15 лет. Но это не помешало ему сбежать от бабушки и получить место среди татарских4 наемников Августа II. Вероятно, желающих воевать за короля было не много, поэтому брали «бабушкиных внуков»5 и чужеземных наемников.

Август убегал – Карл гонял его от моря и до моря. Одному гордость не позволяла сбежать окончательно или сдаться, другому не хватало сил и средств отловить противника на широких просторах Речи Посполитой.

Трудно даже представить, сколько боев и скитаний пережил юный пан Пласковицкий. Он оказался надежным вассалом, и вскоре король поставил его во главе крымских наемников. При этом Самуил не оплошал и на любовном фронте, в восемнадцать лет у него была жена и двое сыновей.

Речь Посполитая и до Северной войны была причудливым клубком противоречий, разнообразных мнений и бесконечных конфликтов. Успехи Карла раскололи ее на два враждебных лагеря: сторонников и противников Августа.

В мае 1704 сторонники Августа образовали Сандомирскую конфедерацию6, в которую вступает и наш «татарский пан». Конфедерация провозгласила Союз с Россией.

Но противников Августа было гораздо больше. Через два месяца они собрались в Варшаве, объявили Августа II низложенным, а королем провозгласили личного друга Карла – Станислава Лещинского.

К этому времени русский царь уже пробился к Балтийскому морю и основал в устье Невы свою новую столицу. Поэтому Петр I решил помочь Августу и прислал шестьдесят тысяч солдат под командованием Репнина. Русские войска расположились в Гродно.

Как и король Август, Самуил Пласковицкий воспрянул духом. Хотелось верить, что под защитой такого большого войска и в союзе с царем такого громадного государства – никакой Карл не страшен. Но на всякий случай король укрылся у себя на родине – в Саксонии и не высовывался до 1706 года.

И тут пришел Карл. Он с необычайной легкостью прогнал русских из Гродно, разбил отряды Августа и за одно лето прошел практически все города Речи Посполитой, сжег Несвиж, Клецк, Полоцк, Новогрудок.

Карательный отряд побывал в Пласковичах. Это была печально известная операция шведских войск и отрядов К.А. Сапеги, в результате которой были разорены имения шляхты, поддержавшей Союз с Россией. Каратели разграбили и сожгли родовую усадьбу, зверски изрубили восьмидесятипятилетнюю бабушку Софию, которая встретила врагов с кривым ятаганом покойного мужа в руках. Хорошо, что жена и дети Самуила успели сбежать в Саксонию.

А молодой отец семейства со своим татарским отрядом нарвался на шведов, попал в плен и испытал на себе высокомерие победителей. Это было не первое поражение в его жизни, но самое горькое и омерзительное.

Обычно любят вспоминать победы. Но наши предки знали мало побед, зато пережили великое множество самых постыдных, унизительных поражений. И только благодаря завидному терпению сумели выстоять и вырастить многомиллионное потомство.

В истории были народы, которые исчезали после первой неудачи (так, гунны распались после единственного отступленья Аттилы). Были сословия, которые выбирали смерть вместо позорного плена (например, японские самураи). Но наши предки терпели и не такое. Это тоже мужество, хотя и своеобразное. Пусть даже смешное и странное для некоторых людей. Зато ни унижением, ни позором нас не пронять и не уничтожить. В этом не раз убеждались иноземные завоеватели.

Король Август тоже умел жить с собственным позором. 24 сентября 1706 года он предал Петра I – подписал сепаратный Альтранштатский мир на выгодных Швеции условиях, а чуть позже отрекся от престола в пользу Станислава Лещинского.

Пленных освободили, но Самуил Пласковицкий был не рад такой свободе. Шесть лет он бился за короля – и вот король позорно капитулировал. Он любил свою страну – и вот она в руках шведских марионеток. Самуилу только 21 год, но кажется, что жизнь потеряна навсегда. В такой ситуации очень важно перетерпеть и переждать. Этому и учился юный рыцарь короля, называвшего себя Сильным. И вытерпел до конца.

А между тем силы Карла быстро таяли. Парламент Швеции отказывался финансировать затянувшуюся войну. Да и ресурсов Швеции было явно недостаточно, чтобы сломить главного противника – Россию. У Петра таких проблем не было: он брал, что хотел и не видел предела собственным ресурсам.

Каждая победа Карла была Пирровой. На месте разбитых армий Петра вставали новые, многочисленнее прежних. Кроме того, русские все лучше вооружались и учились на каждом поражении.

1707 году Карл XII с большим трудом собрал 50-тысячную армию и хотел ею, как шпагой, проткнуть Российского колоса. Но его удар лишь всколыхнул безбрежные просторы.

Карл бил русских под Гродно и Головчином, Могилевом и Смоленском, теснил и гнал везде. Но они и не думали сдаваться. А шведские войска вязли и пропадали в российском бездорожье.

Царь Петр, имея четырехкратное превосходство в «живой силе и технике», отдал приказ «сражения не давать, оголожением провианта и фуражу томить неприятеля». И шведов томили. Шведские фуражиры сталкивались с нищетой и упорным сопротивлением крестьян, подвергались разбойным нападениям. Русские отряды вопреки всем военным обычаям и правилам благородства нападали по-партизански семеро на одного, и также по-партизански разбегались при виде сильного противника. Самый яркий успех подобной тактики – разгром отряда Левенгаупта в октябре 1708 года возле деревни Лесной.

Истощив свои силы, Карл вернулся на Украину за подкреплениями. Но получил только небольшой отряд украинского гетмана Мазепы. Станислав Лещинский не сумел привести шляхту на помощь благодетелю. Тем временем на истощенного шведского льва уже сползались большие русские медведи.

Воспрянув духом, Сандомирская конфедерация скорехонько воскресла и возобновила союз с Россией. Среди энтузиастов и активных сторонников этого решения был Самуил Пласковицкий.

Весной 1709 г. Карл снова ударил по русским. Сметая на своем пути русские отряды, шведские войска вышли к Полтаве, и здесь «шведская метла» сломалась. 25 тысяч шведов не смогли преодолеть 70–тысячное скопление русских. 8 июля 1709 г. грянул рукопашный бой – и шведская армия исчезла.

Так долгие годы унижений сменились безудержным ликованьем. Теперь у Августа обнаружилось очень много сторонников. Под их радостные крики Август въехал в Варшаву и вернул себе корону.

И, конечно же, рядом с ним оказались его вчерашние противники. Эти толстые солидные люди легко оттеснили молодого да раннего Самуила Пласковицкого. Таков урок всем горячим сторонникам больших политиков: после победы активные бойцы никому не нужны, плодами побед наслаждаются другие.

Август повторно заключил союз с Россией… А воевать не стал – занялся упрочением собственной власти.

Самуил Пласковицкий вернулся в разоренную усадьбу. Вокруг лежали опустошенные селения, царили голод и болезни. Численность населения (в который раз!) уменьшилась вдвое. Умер старший сын Самуила Пласковицкого – Михал, умерла жена. Личное горе и многочисленные хозяйственные заботы совершенно затмили радость победы.

В трудах и заботах прошло восемь лет, и Августу снова понадобилась помощь в борьбе с дворянской оппозицией. 1 февраля 1717 г. «немой сейм» ограничивает права короля, сокращает его армию, восстанавливает «золотые шляхетские вольности», подтверждает «liberum weto».

Чтобы не потерять все, Август стал вспоминать своих верных слуг и приближать их ко двору. Дошел черед и до Самуила Пласковицкого. Его вызвали в резиденцию короля и приняли на службу. Он служил верно. И 13 августа 1722 года Август присвоил графский титул «за доблесть и смелость при защите своего короля».

Это был редкий случай. После Люблинской унии титулы князей, герцогов, графов практически не присваивались, чтобы не возмущать шляхту, которая все титулы считала нарушением дворянского равноправия.

Новоиспеченный граф постепенно расправил крылья и даже женился во второй раз.

Кроме звучного титула «граф» и красивого герба «Роза»7, Самуил Пласковицкий со временем получил и солидную прибавку к семейным владениям. Но у него от двух жен было семь сыновей-наследников и еще дочери, которым требовалось приданное. Поэтому он раздал все земли еще при жизни. Родовое поместье досталось самому старшему и самому хозяйственному – Казимиру. Себе Самуил оставил только воинскую амуницию и зарабатывал на жизнь службой при дворе.

10 сентября 1731 года случился плац-парад, посвященный десятилетию завершения Северной войны – Ништадскому миру. Самуил лихо гарцевал во главе татарской хоругви. Неожиданно схватился за сердце и упал замертво.